Защита нового бенефициара при налоговом споре на сумму свыше 500 млн руб.
Проблема
По результатам выездной налоговой проверки компании, управлявшей многоквартирными домами, сумма доначислений превысила 500 млн рублей.
Налоговый орган пришёл к выводу о наличии признаков дробления бизнеса. По его версии, 23 подрядные организации не являлись самостоятельными хозяйствующими субъектами и фактически выполняли функции обособленных подразделений управляющей компании.
Существенная часть выводов основывалась на протоколах опросов директоров подрядных организаций. Опросы проводились в региональном управлении ФСБ, а их материалы впоследствии были приложены к акту налоговой проверки.
При изучении этих протоколов я обратил внимание на принципиальный недостаток: вопросы и ответы практически не были привязаны ко времени, когда происходили описываемые события.
В данном случае хронология имела ключевое значение.
За год до начала налоговой проверки управляющая компания была приобретена новым инвестором, а подрядные организации — отдельной группой инвесторов. Оба бизнеса приобретались в уже сложившемся состоянии.
Следовательно, новый бенефициар управляющей компании не участвовал в создании подрядных организаций и не формировал ту модель взаимоотношений, которую налоговый орган впоследствии квалифицировал как дробление бизнеса. Эти обстоятельства относились к периоду контроля прежних собственников.
При этом налоговый спор создавал уже не только финансовый риск.
Материалы проверки могли быть направлены в правоохранительные органы, а выводы налогового органа — стать основанием для оценки действий нового бенефициара с точки зрения возможного уклонения от уплаты налогов.
Поэтому моей задачей было не столько оспаривание налоговых доначислений само по себе, сколько минимизация уголовно-правовых рисков для человека, который приобрёл действующий бизнес и не участвовал в создании спорной модели.
Решение
Я исходил из того, что необходимо восстановить точную хронологию событий и отделить обстоятельства, существовавшие до сделки, от отношений, сложившихся уже после смены собственников.
Для этого я провёл беседы с директорами подрядных организаций.
Совместно с ними по документам и сведениям ЕГРЮЛ была восстановлена последовательность событий и проверено, к каким именно периодам относились обстоятельства, о которых они ранее давали пояснения.
В результате были подтверждены два принципиальных обстоятельства.
Первое. Подрядные организации были созданы, а договорные отношения с управляющей компанией сформированы задолго до приобретения бизнеса новым бенефициаром.
Второе. После смены собственников бухгалтерский учёт и управление финансами подрядчиков не осуществлялись управляющей компанией. Директора подрядных организаций подчинялись своим учредителям, а отношения с управляющей компанией строились как отношения заказчика и исполнителя.
Управляющая компания контролировала ход и результат подрядных работ, но такой контроль сам по себе не означал управленческого или трудового подчинения директоров подрядных организаций.
После восстановления хронологии я получил согласие директоров на проведение адвокатских опросов.
Для этой работы была привлечена группа адвокатов из другого региона. Были проведены адвокатские опросы всех 23 директоров, а соответствующие протоколы приобщены к возражениям на акт выездной налоговой проверки.
Таким образом, в материалах появилась документально оформленная позиция, позволявшая рассматривать показания директоров не абстрактно, а в привязке к конкретным периодам и смене собственников бизнеса.
Результат
После передачи материалов в Следственный комитет новый бенефициар был один раз допрошен в качестве свидетеля.
В дальнейшем следствие интереса к нему не проявляло.
Для меня этот кейс важен прежде всего тем, что показывает значение точной хронологии и разграничения ответственности при покупке уже действующего бизнеса.
При налоговых и уголовно-правовых рисках недостаточно установить, как была организована работа компании.
Не менее важно установить:
кто именно создал эту модель;
когда она возникла;
кто принимал соответствующие решения;
и имел ли новый собственник к этим решениям какое-либо отношение.
В дальнейшем налоговый спор продолжился в арбитражном суде, управляющая компания вошла в процедуру банкротства, а материалы налоговой проверки были направлены в Следственный комитет. На всех этапах сохранялась единая позиция: новый бенефициар не участвовал в создании спорной модели и не мог отвечать за решения, принятые до приобретения им бизнеса.
Итог
В данном случае именно разделение периодов позволило последовательно защищать позицию нового бенефициара и не допустить автоматического переноса на него рисков, возникших до приобретения бизнеса.